Первый раз дала в попу на кухне

Все таки есть в отношениях с женой одна магия, которая не тускнеет даже после пяти лет брака. Мы, конечно, не те горячие студенты, что трахались по три раза на дню, но искра... эта искра никуда не делась. Особенно когда Ленка задумает что-то этакое.

В тот вечер была пятница. Я вернулся с работы злой как черт — начальник взъебал с отчетом, в метро давка, да еще и дождь этот мелкий, пронизывающий. Думал, приду, буркну что-то и рухну на диван телек смотреть. Но дома меня ждал сюрприз.

Квартира пахла чем-то невероятным: чесноком, розмарином и мясом. На столе в гостиной горели свечи, хотя ужин был накрыт на кухне, как мы любим. Ленка встретила меня в коротком шелковом платье цвета темной вишни, которое я обожал снимать с нее зубами. Волосы распущены, глаза блестят.

– Устал, мой хороший? – она чмокнула меня в щеку, и я почувствовал запах ее духов. – Иди мой руки, я там такое приготовила...

Я сразу забыл про начальника. Пока я мыл руки, смотрел на себя в зеркало и думал: "Что это она? Годовщина? Нет, мимо. День рождения мой прошел. Может, просто хочет?" От этой мысли член уже начал подавать признаки жизни, упираясь в молнию джинсов.

Мы сели за стол на нашей маленькой кухне. Ленка налила мне красного вина, себе тоже. Стейк из говядины, картошка с тимьяном, салат. Вкусно, просто пальчики оближешь. Мы болтали, смеялись, пили вино. Я рассказывал про идиота-начальника, она — про новую дуру-коллегу, которая вечно лезет не в свое дело. Атмосфера была такой... родной и уютной. Но под столом я положил руку ей на колено и медленно повел вверх. Она не отстранилась, только хитро прикусила губу и стрельнула глазами в сторону спальни.

– Погоди, – шепнула она, – дай хоть тарелки уберу.

– Да похуй на тарелки, – выдохнул я, чувствуя, как кровь быстрее бежит по венам.

– Нет, не похуй. Помоги мне, – она встала и начала собирать посуду. Платье красиво обтягивало ее задницу. Я смотрел, как она наклоняется над столом, и готов был трахнуть её прямо здесь, на этом столе, не отходя от кассы.

Я подошел к ней сзади, когда она складывала тарелки в раковину. Прижался членом к ее мягкой попке, обнял за талию, уткнулся носом в шею.

– Лен... – прохрипел я, целуя ее за ушком.

– Саш, подожди, – она игриво повела плечом, но отодвинулась. – Помоги сначала.

Мы убрали со стола. Я выключил верхний свет, оставив только маленький светильник над столом. Ленка домывала последний бокал, а я стоял сзади, любуясь ее ногами на шпильках. Вино ударило в голову, расслабило, но желание только усилилось.

– Иди ко мне, – позвал я.

Она вытерла руки полотенцем, повернулась и, глядя мне прямо в глаза, оперлась руками о край стола. Но не для того, чтобы подойти. Она медленно наклонилась вперед, прогнув спину. Платье задралось, открывая моему взору стройные бедра в черных чулках. Я сглотнул.

– Лен, ты чего творишь? – голос сел.

Она лишь чуть повела задом, отчего платье задралось еще выше. Я увидел край ажурных трусиков, а под ними... Под ними было что-то необычное. Какая-то выпуклость. Яркая, розовая.

– Подойди и посмотри, – выдохнула она.

Я шагнул вперед, как загипнотизированный. Раздвинул рукой трусики в сторону и обомлел. Из ее попки, сжимая тугой кружок ануса, торчало основание анальной пробки. Маленький розовый камешек-страз, зажатый между ягодицами.

– Твою ж мать... – выдохнул я. – Ленка... ты... серьёзно?

– Я хочу попробовать, – прошептала она, повернув голову и глядя на меня блестящими, чуть испуганными глазами. – С тобой. Сегодня. Если ты хочешь, конечно.

Хочу ли я?! Да у меня член, блядь, превратился в камень, готовый пробить джинсы. Никогда не думал, что она решится. Мы говорили об этом пару раз, смотрели какое-то порно, но она всегда говорила: "Мне страшно, это же, наверное, больно". И вот она стоит передо мной, наклонившись над кухонным столом, уже подготовленная, с пробкой в заднице, и предлагает это. Я был в полном шоке.

– Лена... – я провел рукой по ее голой спине, спустился ниже, к ягодицам. – Ты уверена? Не бойся, мы не будем, если...

– Я купила её сама, – перебила она, её голос дрожал от возбуждения. – Вставила, пока ты ехал. Сначала было страшно и странно, а потом... потом я завелась. Дико. Всю дорогу ходила и чувствовала её там. Я хочу, чтобы ты был во мне. Там.

Её слова ударили в пах. Я накрыл её попку ладонями, раздвинул ягодицы и уставился на это зрелище. Пробка сидела глубоко, растягивая тугую дырочку. Вокруг неё кожа была чуть влажной от смазки.

– Какая же ты у меня... развратная, – выдохнул я, не веря своему счастью. – И сексуальная.

Я опустился на колени прямо на кухонный пол. Задрал платье до пояса, отодвинул трусики в сторону. Моему взору открылась её киска — уже влажная, набухшая, с капельками сока, блестящими в тусклом свете. Но главным объектом моего внимания была её попка с этой анальной игрушкой.

Я провел языком по влажной киске, слизывая её сладкий вкус. Ленка ахнула и сильнее прогнулась в спине.

– Саша... – простонала она.

Я дразнил её клитор кончиком языка, покусывал нежные губки, а пальцами гладил основание пробки, чуть надавливая на неё. Ленка вздрагивала всем телом, тихо постанывая в кулак. Потом я переключился на её главную цель. Я лизнул кожу вокруг растянутого ануса. Ленка вздрогнула.

– Тсс, – прошептал я. – Расслабься.

Я стал вылизывать её там, обводя языком край пробки, проникая в щель между металлом и её горячей плотью. Вкус был новым, острым, смешанным со смазкой. Она дрожала, сжималась, но не отстранялась. С каждым движением моего языка её стоны становились громче, смелее.

– Охренеть... – выдохнула она. – Как приятно... Саш, я сейчас...

– Не смей, – скомандовал я, вставая. – Я хочу кончить в твою попку.

Я встал с колен, расстегнул джинсы и спустил их вместе с боксерами. Член выскочил наружу, твёрдый, с влажной головкой, готовый к бою. За неделю накопилось прилично. Ленка оглянулась и посмотрела на мой стояк. В её глазах был голод и немного страха.

– Не бойся, – я погладил её по спине. – Я аккуратно.

Я наклонился к тумбочке, которая стояла рядом, и достал из ящика смазку, которую она, видимо, приготовила заранее. Молодец, соображает. Выдавил себе на ладонь, густо смазал член. Потом, аккуратно взявшись за основание пробки, посмотрел ей в глаза.

– Готова?

– Ага... давай, – выдохнула она.

Я медленно, очень осторожно потянул пробку на себя. Она выходила туго, и Ленка зашипела, вцепившись в край стола.

– Терпи, милая, – прошептал я. – Сейчас всё будет.

Пробка выскользнула с тихим чавкающим звуком. Я уставился на её дырочку. Она была чуть приоткрыта, влажная от смазки, розовая и такая узкая, что у меня свело скулы от желания войти туда. Не давая ей опомниться, я поднес головку члена к этому сморщенному колечку.

– Дыши, – приказал я.

Я надавил. Головка уперлась в тугой вход, растягивая его. Ленка замерла, вцепившись в столешницу так, что побелели костяшки.

– А-а-а-й... – выдохнула она, скорее от неожиданности, чем от боли.

– Тихо, тихо, – я замер, давая ей привыкнуть. Я чувствовал, как её мышцы сжимают самую чувствительную часть моего члена. Ощущение было нереальным: жарко, тесно, охренеть как приятно.

Я медленно, по миллиметру, продвигался внутрь. Ленка часто и глубоко дышала, её спина была покрыта испариной.

– Как ты там? – спросил я хрипло.

– Полный... пиздец... – простонала она. – Чувствую твой член... так глубоко...

Её слова подстегнули меня. Я вошел до конца, уткнувшись яйцами в её ягодицы. И замер. Мы оба стояли, подключенные друг к другу самым интимным образом, на нашей обычной кухне. Я наклонился, поцеловал её в плечо.

– Ты самая лучшая жена, – прошептал я. – Самая смелая.

Я начал двигаться. Медленно, плавно выходя почти полностью и снова входя, раздвигая её тугую задницу. Ленка скулила, вцепившись в стол. С каждым толчком её стоны становились громче, в них добавлялось что-то новое, кроме боли.

– Саша... ёбаный в рот... – вдруг выдохнула она матом, чего за ней обычно не водилось. – Как же... ох... хорошо!

Это был знак. Я ускорился, вбиваясь в неё сильнее, ритмичнее. Мои руки сжимали её бёдра, раздвигая их шире для лучшего доступа. Шлепки моих яиц о её клитор и влажную киску наполнили кухню сочным, неприличным звуком. Платье сбилось на спине, чулки порвались на колене, ей было плевать. Мне было плевать. Существовали только мы, стол под её руками и мой член в её узкой попке.

– Я сейчас... – прохрипел я, чувствуя, как приближается разрядка. Сдерживаться было невозможно. Ощущение её ануса, сжимающего мой ствол, сводило с ума.

– Кончи в меня... – закричала Ленка. – Кончи в мою попку, Саша!

Этого было достаточно. Я сделал последний, самый глубокий толчок, войдя в неё до упора. Меня накрыло волной оргазма. Я зарычал, впиваясь пальцами в её кожу, и начал изливаться глубоко внутри неё. Спермы было много, за неделю скопилось прилично. Я чувствовал, как горячие струи бьют в самые недра, заполняя её попу. Ленка вздрогнула от этого ощущения, сжалась вокруг меня ещё сильнее, и я почувствовал, как она тоже кончает, сотрясаясь в мелкой дрожи, уткнувшись лбом в стол.

Мы стояли так несколько секунд, тяжело дыша. Я был всё ещё в ней, чувствуя, как пульсирует член, и как из её попки понемногу вытекает сперма, стекая по яйцам. Потом я медленно, осторожно вышел.

Ленка выпрямилась, но тут же снова согнулась, упершись руками в колени.

– Охренеть... – выдохнула она. – Я... я не могу стоять.

Я подхватил её, обнял. Она повернулась ко мне лицом, раскрасневшаяся, с влажными прядями волос на лице. Я поцеловал её.

– Ну как ты? – спросил я, чувствуя себя полным идиотом от этого вопроса.

– Больно? – она хмыкнула. – Сначала да. А потом... потом это был просто пиздец, Саша. Честно. Я не ожидала, что там может быть так... глубоко и приятно.

Я посмотрел вниз. Из её приоткрытой попки, которую я только что трахал, медленно вытекала густая белая струйка моей спермы, стекая по внутренней стороне бедра прямо на чулок. Это зрелище было настолько эротичным, что у меня едва снова не встал.

– Надо бы в душ, – сказала Ленка, проследив за моим взглядом и смущённо улыбнувшись.

Я подхватил её на руки и понёс в ванную, оставив на кухне грязную посуду, разбросанную одежду и пустой тюбик из-под смазки.

Позже, лёжа в кровати, Ленка прижалась ко мне спиной. Я обнимал её, гладил живот, чувствуя, как она расслаблена.

– Не жалеешь? – спросил я.

– Ни капли, – сонно пробормотала она. – Хотя, знаешь... теперь я понимаю, почему девки говорят, что это как первый раз. Ощущения реально другие. Но ты был нежен, когда надо. И жёсткий, когда надо.

Я поцеловал её в макушку.

– Люблю тебя, дурочка.

– И я тебя. Спокойной ночи, – она уже почти спала.

А я лежал и улыбался в темноте. Спасибо, что в тот вечер я не остался на диване. Пятница определённо удалась. На кухне так и остался стоять забытый бокал с вином, но до него нам не было никакого дела.