Сломавшийся кондиционер

Мы — это я, Сергей, и моя жена Юля. Юля — высокая брюнетка с длинными ногами и упругой грудью третьего размера, которая так аппетитно смотрится в домашней майке. Мне 30, ей 28. Пять лет брака изменили наш секс. Он стал предсказуем, как расписание электричек. Я заговаривал о том, чтобы попробовать что-то новое, может, поиграть в незнакомцев в баре, но Юля — бухгалтер по жизни и по натуре — предпочитала стабильность и предсказуемость. Этим летом стояла аномальная жара, плавя асфальт и мозги. Наш старый кондиционер издал последний жалобный хрип и сдох, превратив квартиру в духовку.

Мастеров мы ждали с утра. Звякнул звонок, и на пороге возникли двое. Первый — Андрей, коренастый рыжеватый мужик лет сорока. Второй — его молодой напарник Дима, смазливый брюнет с татуировками на жилистых руках, выбивавшимися из-под рукавов рабочей робы. Пока они гремели инструментами в комнате, Юля, спасаясь от жары, ходила в коротких шортиках и легком топике, который ничего не скрывал. Я видел, как Дима, свесившись с лестницы, залип на ее задницу, когда она полезла в холодильник за холодной водой.

С работой они управились быстро. Квартира наполнилась блаженной прохладой. По такому случаю я выставил на стол бутылку текилы и порезанные лимоны. Разговорились. Андрей оказался балагуром, сыпал историями с выездов. Мы с женой выпили, напряжение от жары спало. Внутри разлилось приятное, ленивое тепло. Я заметил, что Юля уже не стесняется, а смеется над сальными шуточками Андрея. Дима же больше молчал, но его взгляд откровенно раздевал мою жену, особенно когда она наклонялась к столу, демонстрируя глубокое декольте.

От смеси духоты на улице, выпитой текилы и резкого похолодания в квартире меня резко разморило. В глазах поплыло. К тому же я еще с утра наглотался какой-то гадости, горло першило и слегка лихорадило.

— Что-то мне совсем худо, мужики, — выдавил я, чувствуя, что вот-вот отключусь. — Пойду прилягу на полчасика, голова чугунная. Вы пока не скучайте, Юля за хозяйку.

— Да без проблем, Серёг, — кивнул Андрей, подмигнув Юле. — Мы еще по одной и, наверное, тоже собираться будем. Отдыхай.

Я доплелся до спальни и рухнул на кровать, даже не раздеваясь. В висках стучало. С кухни доносился приглушенный смех Юли и басовитый голос Андрея. Я провалился в какое-то болезненное небытие.

Очнулся я от необычного звука. Не от разговора, а от ритмичного, влажного хлюпанья, доносившегося из зала. Голова все еще была тяжелой, но тошнота отступила. Я осторожно, стараясь не скрипеть половицами, выглянул в коридор. Дверь в зал была приоткрыта нараспашку. То, что я увидел, заставило меня забыть о головной боли.

Моя «бухгалтерша» Юля стояла, опершись руками о спинку дивана, прогнувшись в пояснице. Ее шортики и трусики валялись на полу. Сзади, сжав ее бедра своими короткими, мощными пальцами, пристроился Андрей, ритмично вгоняя свой, как я заметил, некороткий и толстый инструмент, в бритую щелку моей жены. Его джинсы были спущены до колен. Юля тихо постанывала, уткнувшись лицом в диванную подушку.

— Давай, детка, шевели попкой, — хрипел Андрей. — Твой благоверный отключился надолго, я тебя научу, как надо.

В этот момент я заметил Диму. Он стоял прямо перед лицом Юли, расстегнув ширинку. Его смуглый, изогнутый член, уступая в толщине Андрееву, был длиннее и с красной, лоснящейся головкой. Он осторожно, поглаживая Юлю по волосам, направлял свой орган в ее приоткрытый рот.

— Не сжимай зубы, красавица, — прошептал Дима, и это было первое длинное предложение, которое я от него услышал.

Юля только промычала в ответ, принимая его член. Андрей в этот момент, не переставая долбить ее снизу, большим пальцем руки провел по анусу жены и надавил. Юля дернулась и замычала громче.

— Узенькая дырочка, неразработанная, — прокомментировал Андрей Диме. — Сейчас мы это исправим. На, смажь.

Он подхватил с подлокотника остатки сливочного масла от закуски и щедро зачерпнул пальцем. Юля, поняв его намерения, попыталась вырваться, но Дима держал ее голову крепко, а Андрей всей тушей прижимал ее к дивану. Он начал медленно, с натугой, проталкивать палец ей в попу, одновременно продолжая двигаться во влагалище.

Я стоял как вкопанный. Возбуждение и шок смешались. Ревности не было. Было животное любопытство и каменный стояк, который я машинально сжимал через штаны. Это было то самое разнообразие, которого я так хотел для нас.

— Готово, — выдохнул Андрей. — Давай, Диман, меняемся. Я хочу попробовать эту дырочку на вкус.

Они вышли из Юли, которая без сил обмякла на диване. Ее влагалище зияло, раскрытое и влажное, а между ягодиц блестело масло. Андрей рывком поднял жену, усадил на Диму, который уже сидел на диване с торчащим вверх членом. Юля, как в тумане, обхватила его ногами и опустилась на его длинный орган, издав протяжный стон. Теперь она сидела на нем, а ее ягодицы оказались открыты для Андрея. Тот, смазав свой толстый, блестящий от ее соков член, приставил его к маслянистой ложбинке.

— Расслабься, девочка, и тебе понравится, — прошептал он на ухо моей жене и, схватив ее за талию, резко насадил на свой агрегат.

Юля вскрикнула, Дима застонал. Андрей начал двигаться медленно, но мощно, буквально вдалбливаясь в ее попу. Юля оказалась зажатой между двумя разгоряченными мужскими телами, издавая гортанные, полузадушенные звуки. Это было уже не мычание, а хриплое мурлыканье. Двойное проникновение делало с ней что-то невообразимое. Мой член пульсировал.

Первым не выдержал Дима. Он вцепился в бедра Юли, дернулся несколько раз и, судя по всему, кончил в нее. Его тело обмякло. Андрей же, не сбавляя темпа, продолжал драть жену в задницу. Через минуту он, громко выругавшись, вышел из нее и мощно излился на ее поясницу и спутанные черные волосы. Юля, лишившись опоры, завалилась набок, тяжело дыша и глядя остановившимися глазами в потолок. С ее ляжек стекала мутная смесь.

Я отпрянул в спальню, залез под одеяло, делая вид, что сплю. Сердце колотилось где-то в горле. Слышно было, как мастера торопливо натягивают робы, звенят инструментами. Потом голос Андрея:

— Серёга-то спит, как младенец. Ладно, хозяйка, мы пошли. Кондиционер работает. Обращайтесь, если что. — Послышался шелест купюр, кажется, они положили деньги на тумбу. Визитку тоже.

Щелкнул замок, и в квартире наступила тишина. Через пару минут послышались шлепающие шаги в ванную. Я выждал время и вышел из спальни. Юля стояла в душевой кабине, пытаясь смыть с себя чужую сперму. Увидев меня, она вздрогнула и покраснела.

— Ты чего встал? Как голова? — спросила она, натягивая на голое тело халат.

— Отпустило. А вы тут закончили с ремонтом? — спросил я, глядя на ее раскрасневшееся лицо и необсохшие волосы.

— Да, они уже ушли, — она отвела взгляд, нервно поправляя воротник.

Я подошел к ней сзади, прижал к стене в коридоре и развязал халат. Она попыталась слабо запротестовать, мол, устала. Но я уже не слушал. Я завел ей руки за спину, нагнул и вошел в нее сзади. Внутри было скользко, влажно и невероятно горячо. Чужая сперма все еще оставалась там. Ее раздолбанная, растянутая вагина почти не чувствовала мой член, но я провел рукой ниже и нащупал раскрытый, податливый анус. Осторожно, но решительно я вошел в него, ощутив невероятную тесноту и жар. Юля тихо вскрикнула, но не сопротивлялась.

— Хороший ремонт, — прошептал я ей на ухо. — Теперь у нас все будет работать как новое.

Я кончил в нее с мыслью, что этот сломавшийся кондиционер был лучшим, что случалось с нашим браком за последнее время. Юля, обессиленная, сползла по стене. Я же чувствовал странный, утоленный голод. Не ревность, нет. Я знал, что в финансовом отчете нашей семейной жизни этот пункт пойдет в графу «разовые оздоровительные процедуры для обоих супругов». Ведь я не ревнив, я знаю — моя жена любит только меня.