Реально первый раз в тугую попу

Мы лежали у меня дома, на диване, телек бубнил что-то про какой-то сериал, а я даже не смотрел. Она была в моей футболке и трусах, ноги закинула на меня, и мы просто трепались ни о чём. Ну как трепались — я больше слушал, а сам думал о своём. О ней. О том, как она пахнет, как её рука иногда ложится мне на бедро.

Я не то чтобы планировал что-то говорить. Оно как-то само вылезло.

— Слушай… а ты вообще когда-нибудь думала про… анальный секс?

Она сразу покраснела. Я по её лицу видел. Замерла.

— Типа в попу?

— Ну да.

Молчание. Не неловкое даже, а такое… думающее. Она смотрела в потолок, покусывала губу. Я уже пожалел, что начал.

— Я думала, — наконец сказала она. — Не то чтобы прямо хотела. Просто… интересно, как это вообще. Но мне кажется, будет больно.

— Не обязательно. Если нормально всё делать, то нет.

— А ты откуда знаешь?

— Много видосов смотрел.

Она засмеялась.

— В порнухе не как в жизни.

— Не, я любительские видосы смотрел. И статьи читал.

Она помолчала ещё. Потом повернулась ко мне, прижалась. Я чувствовал, как её пальцы ковыряют край моей футболки.

— Я не против попробовать, — сказала тихо. — Но если мне не понравится — стоп. Сразу. Без обид.

— Сразу, — сказал я. — Я не хочу тебя заставлять.

И вот тогда у меня в груди что-то сжалось и одновременно внизу потянуло, потому что я понял — она правда не против. Она сама это сказала. Все таки я её уговорил. Она мне доверяет.

Мы ещё минут двадцать просто лежали. Я специально не торопился, потому что понимал — если сейчас начну суетиться, всё сломаю. Она сама сказала, что не против, но я видел, что она всё ещё думает. Пальцы у неё уже не ковыряли футболку, а лежали спокойно. Дыхание ровное. Я гладил её по ноге — от колена вверх, обратно, снова. Просто чтобы она привыкла к моим рукам.

Потом я сказал:

— Давай не будем сразу. Сначала просто попробуем пальцем. Посмотрим, как ты вообще.

Она кивнула. Я встал, сходил в ванную, взял смазку — я её купил на всякий случай недели две назад и держал в ящике с носками, как дурак. Она увидела бутылку и хмыкнула.

— Ты готовился.

— Я предусмотрительный.

— Ты надеялся.

— Тоже да.

Мы оба засмеялись, и напряжение чуть отпустило. Я сел рядом, она повернулась на живот, подложила подушку под голову. Я стянул с неё трусы — медленно, не дёргая. Она не сопротивлялась, но я чувствовал, что она немного напряглась. Погладил её по спине, по пояснице, по ягодицам. Просто руками, без ничего. Она выдохнула.

Выдавил смазку на пальцы, согрел немного. И приложил палец — просто приложил, не входя. Она вздрогнула.

— Холодно?

— Нет. Просто… непривычно.

Я подождал. Потом начал очень медленно, буквально на миллиметр, вводить указательный палец. Она сразу сжалась.

— Расслабься, — сказал я. — Не тужься. Просто выдохни.

Она выдохнула. Я продвинулся чуть глубже. Она не сказала стоп. Я чувствовал, как её попка потихоньку принимает. Ощущение было странное — тугое, горячее, и я понимал, что если сейчас ускорюсь, всё испорчу. Так что я просто держал палец внутри, не двигая, давая ей привыкнуть.

— Как ощущения? — спросил.

— Странно. Чуть больновато. Но терпимо.

Я чуть-чуть пошевелил. Она ахнула. Я продолжил — медленно, туда-сюда, неглубоко. Она уткнулась лицом в подушку, но не напрягалась больше. Дыхание стало глубже. Я добавил второй палец — совсем чуть-чуть, на пару сантиметров. Вот тут она дёрнулась.

— Ой. Стоп.

Я замер сразу. Не вынул, просто остановился.

— Больно?

— Да. Подожди. Дай секунду.

Я дал. Секунду, две, пять. Она дышала, я смотрел на её затылок и ждал. Потом она сказала:

— Ладно. Попробуй ещё.

Я продвинул пальцы чуть глубже. Она закусила край подушки. Я двигался очень аккуратно — не вперёд-назад, а скорее по кругу, растягивая. Смазки было много, я добавлял ещё. Через минуту она уже не закусывала подушку, а просто лежала. И я услышал — тихо, почти неслышно — как она выдохнула со стоном.

— Ты как? — спросил я.

— Нормально, — сказала она в подушку. — Даже… не знаю. Странно приятно.

Вот тогда у меня самого всё заныло внизу, потому что я понял — можно двигаться дальше. Но я всё равно спросил:

— Хочешь попробовать членом?

Она подняла голову, посмотрела на меня через плечо. Щёки красные, волосы растрёпаны. И сказала:

— Давай. Но медленно. Очень медленно.

— Обещаю.

Я вынул пальцы, вытер их о салфетку. Она перевернулась на спину, потом снова на живот — сама, без моей просьбы. Подтянула колени под себя, чуть приподняла бёдра. Я встал на колени сзади, налил смазки на член — щедро, не жалея. Провёл головкой между её ягодиц, просто чтобы она почувствовала, что её ждёт. Она вздрогнула, но не сказала ничего.

Я приставил член к анусу и начал давить. Очень мягко. Первые секунды — ничего, только сопротивление. Она напряглась.

— Выдохни, — сказал я. — Не сжимай попу.

Она выдохнула. Я надавил чуть сильнее. Головка вошла в попу — буквально на сантиметр, и я почувствовал, как её обхватило. Туго. Очень туго. Она вцепилась пальцами в простыню.

— Больно? — спросил я сразу.

— Немного. Жжёт. Подожди.

Я замер. Не двигался вообще. Просто стоял, чувствуя, как её тело медленно привыкает. Она дышала ртом. Я смотрел на её спину, на то, как двигаются лопатки. Потом она сказала:

— Ещё чуть-чуть.

Я продвинулся. Ещё сантиметр, может два. Она втянула воздух сквозь зубы.

— Больно?

— Уже нет. Терпимо… Не двигайся пока.

Я не двигался. Стоял, как идиот, весь в напряжении, но не двигался. И постепенно почувствовал, как она начала расслабляться — медленно, по чуть-чуть. Тугое кольцо ануса чуть отпустило. Она выдохнула.

— Ладно, продолжаем, — сказала она.

Я начал двигаться. Очень коротко. Буквально на пару сантиметров, туда-сюда. Она стонала, или даже скулила. Я слышал. И продолжил — так же коротко, так же медленно. Через несколько движений я вошёл глубже. Она застонала — в голос, не сдерживаясь. Я чуть не кончил от одного этого звука.

— Так нормально? — спросил, сдерживаясь изо всех сил.

— Да, — выдохнула она. — Да. Только не быстро.

Я и не мог быстро. Я двигался размеренно, как будто всё время на грани — войти глубже или остановиться. Она подалась бёдрами назад, сама, чуть-чуть. Я почувствовал, как мой член обхватило целиком. Она вскрикнула — коротко, и я сразу замер.

— Нормально, нормально, — сказала она быстро. — Всё хорошо. Просто слишком глубоко.

Я продолжил. Мы нашли ритм — не быстрый, но и не медленный. Я держал её за бёдра, она двигалась мне навстречу. Смазка чавкала, кожа шлёпалась о кожу, и этот звук в комнате был громче телевизора, который всё ещё бубнил в углу. Я забыл про него. Я вообще всё забыл, кроме того, что было между нами.

Она не могла кончить. Я это чувствовал — тело у неё было напряжённое, дыхание сбитое, но не то. Ей было больно. Она просто держалась, принимала, и я понимал, что если сейчас начну давить или ускорять, всё сломается.

Я двигался ещё несколько минут. Ровно, глубоко, без рывков. Она уже не вскрикивала, только дышала тяжело и иногда тихо мычала в подушку.

Ближе к концу меня начало накрывать. Я понял, что долго не протяну, и сказал:

— Я сейчас кончу.

Она не сказала «нет». Не сказала «не внутрь». Просто кивнула, уткнувшись лицом в подушку. И я вошёл глубже в её попу, до конца, и кончил мощно — внутрь, сдавленно выдохнув ей в спину. Меня выгнуло всего, я держал её бёдра так, что потом остались следы от пальцев. Пульс долбил в ушах.

Вышел осторожно. Она сразу легла на бок, тяжело дыша. Я лёг рядом, тоже никакой. Оба молчали.

Потом она сказала:

— Ну… это было не то, что я ожидала.

— В хорошем смысле?

— Не знаю ещё. Странно. Больно конечно, не получается до конца расслабиться.

— Понял.

— Но в следующий раз можно ещё попробовать.

Я засмеялся и поцеловал её в плечо.

— Договорились.

Я потянулся за пультом и выключил телек.