Как я соблазнил жену тренера

Я снова здесь. В этом чёртовом зале, пропахшем железом и чужим потом. Мои руки машинально тянут рукоятку тренажёра, мышцы ноют привычной болью, а мысли — мысли совсем не о спорте. Я смотрю на неё. Она сидит за стойкой ресепшена, перебирает бумаги, изредка поднимает глаза и улыбается входящим. Вежливо, дежурно. Но когда наши взгляды пересекаются, в её зрачках вспыхивает что-то совсем иное — тёмное, спрятанное под маской скучающей администраторши. Жена тренера. Катя.

Я помню, как увидел её впервые. Год назад, когда только купил абонемент. Сергей, мой тренер, здоровенный мужик с бычьей шеей и вечно красным лицом, орал на меня за неправильную технику приседа. Она подошла, подала ему бутылку воды, мельком глянула на меня — и ушла. Ничего особенного. Обычная женщина, фигуристая, с тяжёлой грудью, которую она прятала под бесформенными футболками, с длинными тёмными волосами. Но было в ней что-то такое... Приручённое. Так дикий зверь, посаженный в клетку, сохраняет грацию движений, но теряет блеск в глазах. Она была красива той красотой, которую уже не замечает муж. Я стал замечать.

Мои тренировки совпадали с её сменами. Я высчитывал дни, когда она будет за стойкой. Сергей, ничего не подозревая, продолжал орать на меня, хлопать по плечу своей лапищей, рассказывать про «базу» и «сушку», а я думал только о том, как она поправляет волосы, как облизывает губы, когда задумывается, как наклоняется над стойкой, открывая взгляду ложбинку груди. Я представлял, какая она там, под одеждой. Представлял её запах. Не дезодорант и духи, а её, настоящий, — той женщины, которая спит с Сергеем, но не любит его. Я был уверен, что не любит. По тому, как она отстранялась, когда он мимоходом хлопал её по заднице. По тому, как она вздрагивала, когда он повышал голос.

Мой член сейчас стоит так же, как тогда, в тот вечер. Я сижу на скамье для жима, а перед глазами — не чёртово железо, а тот момент, когда всё началось.

Это было в пятницу. Сергей уехал на какие-то соревнования в область — то ли судить, то ли выступать, я так и не понял. Зал закрывался рано. Я задержался, доделывал подход, когда услышал её шаги. Она подошла, облокотилась на тренажёр рядом.

— Ты всегда так долго? — спросила она. Голос был тихий, без обычной дежурной бодрости.

— Только когда есть на что смотреть.

Я сам удивился своей смелости. Она не улыбнулась, не отвела глаза. Просто смотрела на меня так, словно что-то решала. В воздухе между нами повисло напряжение. Я чувствовал запах её тела — она была после душа, но сквозь гель для душа пробивался её собственный аромат.

— Пойдём, — сказала она. — Покажу тебе растяжку. Сергей говорил, у тебя с этим проблемы.

Мы прошли в пустой зал для групповых занятий. Зеркала во всю стену. Маты на полу. Она закрыла дверь на щеколду — просто, буднично, словно делала это сто раз. Я стоял как дурак, не зная, куда девать руки. А она села на мат, развела ноги в шпагат — легко, профессионально, как умеют только гимнастки и танцовщицы. Футболка натянулась на груди, обрисовав соски. Она была без лифчика.

— Ну? — она посмотрела на меня снизу вверх. — Давай. Тянись.

Я опустился рядом. Мои руки дрожали. Я положил ладони ей на плечи, нажал — она подалась вперёд, и её дыхание коснулось моего лица.

— Не так, — прошептала она. — Вот так.

И взяла мою руку. Положила себе на бедро. Провела вверх, к паху. Я почувствовал жар её тела через тонкую ткань лосин. Мои пальцы словно сами собой двинулись дальше, нащупали бугорок клитора, вжались. Она задохнулась, откинула голову, и я увидел, как расширились её зрачки.

— Сергей не делает так? — вырвалось у меня.

Она засмеялась. Горько и коротко.

— Сергей трахается. А ты... — она не договорила. Просто подалась ко мне, и наши губы встретились.

У неё был жадный рот. Она кусала мои губы, засасывала язык, стонала так, словно годами ждала этого момента. Я рванул её футболку вверх, освободил грудь — тяжёлую, с большими тёмными ареолами, совсем не такую, как у фитоняшек с картинок. Она была женщиной. Настоящей, зрелой, с телом, которое знало роды, которое наливалось соками и хотело, хотело, хотело. Я взял её сосок в рот, и она вскрикнула, вцепилась мне в волосы, прижала к себе так, что я едва не задохнулся. Её грудь пахла потом — лёгким, чистым, тем потом, который выступает на коже женщины, когда она возбуждена. Я слизывал солёное с её сосков, мял вторую грудь рукой, и чувствовал, как она течёт сквозь лосины прямо мне на колено.

— Сними, — приказала она.

Я стянул с неё лосины вместе с трусиками. Она отбросила их в сторону, раскинулась на мате перед зеркалом, полностью голая, бесстыжая в своей наготе. Я увидел её всю: полные бёдра, округлый живот со следами старых растяжек, густые тёмные волосы в паху. Она не брилась — и это было так по-настоящему, так неприкрыто, что мой член заныл в штанах от желания. Я тоже разделся, не сводя с неё глаз. Она смотрела на мой стояк и улыбалась уголками губ.

— Неплохо для новичка, — сказала она и провела языком по своим губам.

Я лёг на неё сверху, вошёл резко, без подготовки — она была готова, она ждала этого, она сама направила меня рукой. Внутри было горячо, мокро, тесно. Она обхватила меня ногами, сцепила лодыжки за моей спиной, и я почувствовал, какая она сильная. Настоящая жена тренера. Мышцы, которые она скрывала под одеждой, сжали меня стальным капканом. Она двигалась подо мной, насаживаясь, приподнимая таз, и с каждым толчком издавала звук — не стон даже, а какой-то утробный рык, который, казалось, шёл из самого нутра.

— Смотри, — выдохнула она, — смотри в зеркало.

Я поднял голову. В зеркальной стене отражались мы: я на ней, её разведённые в шпагате ноги, моя задница, которая ритмично двигается, её пальцы, впившиеся в мои ягодицы. Это было нереально. Порнографично. Прекрасно.

— Теперь я сверху, — сказала она и перевернула меня.

Я даже не успел опомниться, как она оседлала меня, завела руки за голову, прогнулась в спине. Её волосы рассыпались по плечам, грудь заходила ходуном, и она начала двигаться — медленно, мучительно медленно, поднимаясь и опускаясь с амплитудой, которую не даст ни один тренажёр. Она смотрела на меня сверху вниз, и в её глазах было торжество. Не похоть — именно торжество. Она взяла реванш за все те вечера, когда Сергей, усталый и потный после тренировок, засыпал, даже не коснувшись её.

— Давай, — шептала она. — Давай, кончи в меня. Хочу чувствовать.

И я кончил. Так, как никогда раньше — с криком, с дрожью, с белыми вспышками перед глазами. Она продолжала двигаться, выжимая из меня всё до капли, и когда я уже ничего не мог, она отпустила себя тоже — я почувствовал, как её внутренние мышцы сжались в спазме, и она забилась на мне в оргазме, уткнувшись лицом в мою шею, кусая мою кожу, выкрикивая бессвязное.

Потом мы лежали на матах, мокрые, опустошённые. Она положила голову мне на грудь, и я гладил её волосы. В зеркале отражался наш силуэт — два голых тела в свете ламп дневного света. Зал для растяжки. Смешно.

— Знаешь, что самое забавное? — сказала она. — Я ведь правда хотела тебя с первой минуты. Когда ты пришёл и заполнял анкету. У тебя пальцы дрожали.

— Я думал, ты меня даже не заметила.

— Я всё замечаю, — ответила она.

Потом она села, потянулась своим красивым гибким телом, и я снова залюбовался ею. Она заметила мой взгляд, улыбнулась, провела рукой по своему животу, покрытому испариной, и поднесла пальцы к моему лицу. Я вдохнул запах — наш общий запах, смесь её соков и моей спермы, — и поцеловал её ладонь.

— Нам пора, — сказала она. — Скоро охранник приходит.

Мы оделись молча. Она собрала волосы в свой обычный пучок, надела бесформенную футболку, и снова стала той Катей — тихой женой тренера. Только глаза теперь блестели иначе. Я вышел из зала в ночь, и холодный ветер остудил мои горящие щёки.

Сейчас я снова в зале. Смотрю на неё. Она поднимает глаза от бумаг, и на секунду в её зрачках мелькает то самое — тёмное, влажное, спрятанное. Сергей орёт на кого-то через весь зал. Она опускает глаза и снова становится тенью.

Я знаю, что будет в следующую его командировку. И она знает. И это знание, эта тайна между нами, возбуждает меня больше, чем любое порно. Я кладу руку на гриф штанги и начинаю тягу, представляя, как в следующий раз она покажет мне свою коронную «лодочку» на гимнастическом мяче. И я буду смотреть. И буду трогать. И снова вдыхать запах её пота, снова слизывать его с её груди, снова чувствовать, как её мышцы сжимают меня, словно удавка.

Сергей, спасибо тебе за тренировки. Они пошли мне на пользу.