Дальнобойная клубника

Эта история случилась со мной, когда мы с мужем путешествовали на машине. Но машина сломалась и не заводилась. Отпуск, казалось, накрылся. Повезло, что случилось это рядом со стоянкой дальнобойщиков, и нам помогли дотолкать её на площадку.

Но как спать? Ночью будет мороз, а гостиница далеко. Решили: утром разберёмся. Да и Сергей, водитель фуры, сказал, что ребята хорошие, помогут.

Сергей сказал, что я могу спать в его машине, а сам он пойдёт к товарищу.

Муж гордо отказался — наверное, чувствовал свою вину за сорванные планы. Он уже вовсю общался с другими водителями и надеялся починить машину.

Я устроилась в кабине фуры. Было уютно и тепло, шторки зашторены.

Сергей пожелал мне спокойной ночи и почти закрыл дверь, но я спросила, нет ли у него чего-нибудь от головы.

Он сначала покачал головой, а потом хитро улыбнулся, полез в бардачок, достал какую-то таблетку и сказал заговорщицки:

— Сладких снов.

Перед тем как заснуть, я хотела сходить проверить, как дела у мужа, но голова как-то странно закружилась, и перед глазами поплыли разноцветные шарики.

Проснулась я от того, что стою на клубничной грядке.

Слышу голос… Наверное, бабушкин:

— Ну давай… открывай ротик, зайка.

Я немного приоткрыла рот и почувствовала, что в него что-то упирается и пахнет клубникой. Я облизнула губы. Да, клубника.

— Открой пошире, — услышала я.

Я послушно открыла шире, и клубничка скользнула мне в ротик.

«Хм, странная она какая-то», — подумала я. Гладкая и крупная… А в какой-то момент она начала увеличиваться — наверное, раза в три.

На шестой или восьмой раз клубника открыла свою головку и стала просто огромной, заполнив весь рот.

— Ты высунь язычок и пошире открывай.

Ну была у нас с бабушкой такая игра: найти такую клубнику, что в рот не влезает. Я в этой игре всегда выигрывала.

Так я и сделала. Клубника этого только и ждала. А на затылке у меня появилась рука, которая давила довольно сильно и помогала клубничке войти поглубже в горло.

А я думаю: как же её проглотить, если у неё такая длинная ножка?

Так клубника начала раз за разом проникать внутрь — я аж подавилась.

Тогда я услышала:

— Погоди, зайка, сейчас холодком смажем — и лучше дело пойдёт.

— Да печку прибавлю, глянем на тебя голенькую.

Я провалилась… Стало жарко. Я около ручья, раздеваюсь.

Лежу на спине, голова запрокинута вниз. Что-то шумит — наверное, ручей, потому что стало прохладнее.

Кто-то берёт мою голову руками, и в губки опять упирается клубничка. Я захотела лизнуть её, и опять голос:

— Вот молодец, хорошая девочка.

Наверное, это Февраль из сказки «Двенадцать месяцев», и это вовсе не клубника, а фруктовое мороженое — тоже клубничное.

Я так решила, потому что во рту стало прохладно, как от «холодка».

— Давай, открой ротик и принимай горячий.

Я не стала спорить с Февралём.

И эскимо, так же как клубника, заскользило у меня во рту, упираясь в горло.

Через некоторое время я обнаружила, что головка эскимо уже проникает в горло, и удивилась, что нет никакого рвотного рефлекса. А Февраль наклонился надо мной, взял меня за попку, как бы натягивая на эскимо, неестественно зарычал и ввёл эскимо на полную длину. Я это поняла, потому что мои губы упёрлись в основание эскимо. Он замер в таком положении.

Дышать было трудно, а эскимо стало шире и пульсировало.

Вдруг Февраль резко вынул эскимо, перевернул меня на живот и говорит:

— Ну давай теперь сама.

Взял мою руку и вложил в неё эскимо.

Я немного отдышалась и решила, что не стоит злить Февраля — мало ли что. Эскимо было каменным на ощупь.

Я старалась как могла, а Февраль хвалил меня и ласково гладил по голове:

— Умничка. Ты очень талантливая. У меня двадцать сантиметров, и не каждая может, как ты, под корень.

Я то заглатывала на всю длину, то облизывала и ласкала головку эскимо, то опять резко опускалась до упора и задерживалась на несколько секунд. Моему Февралю это особенно нравилось.

Я подумала, что это похоже на то, будто я делаю минет эскимо, и, вынув его, захихикала. Минет мужу я делала пару раз, но ощущение во рту маленького стручка мужа не шло ни в какое сравнение со стволом Февраля. Да и к тому же муж после пары-тройки движений вяленько кончил, вскочил и помчался в ванную. Так себе опыт.

Из мыслей меня вернул голос:

— Ну давай, кошечка, давай. Ты чудо как сосёшь.

«Ну и ладно, — думаю. — Хоть во сне, хоть эскимо».

И продолжила опускаться на эскимо Февраля, извлекая из него весьма разные реакции в зависимости от того, что я вытворяла с его стволом.

И тут после очередного глубокого заглатывания с очень-очень долгой задержкой его ствол напрягся и ещё больше увеличился. Я испугалась, что он может взорваться, и отпрянула, но Февраль поймал мою голову руками и силой удержал, приговаривая:

— Не выпускай, высоси всё до капельки, пожалуйста.

Ствол начал сильнее пульсировать, и в горло ударила струя жидкости. Рот наполнился целиком, а руки сильно держали голову. Я стала быстро глотать, а Февраль выл и стонал, поглаживая голову. Ствол немного поник, но продолжал выталкивать жидкость. Остатки я выдавила руками и сильно высосала, нежно двигаясь по стволу и как бы выдаивая его.

Ночь. Темно. Я лежу на боку. Кто-то прижался ко мне и одной рукой обхватил грудь, а второй наглаживает попку.

«Ну, думаю, муж победил машину и решил снять стресс». Вот только руки меня гладят не маленькие, а как будто медведь захватил меня в объятия.

Меня пробил холодный пот. Я вскочила и решила бежать, но куда? С трёх сторон — кабина, а единственный выход загородил громадный мужик.

Не успев закричать, я услышала:

— Дурочка, не дёргайся. Я тебе щас видосик один занимательный покажу.

И даёт мне в руки телефон. А там кошмар: я лежу на боку в кабине, а передо мной на коленях стоит Сергей и одной рукой держит меня за затылок, подталкивая вперёд, а другой водит по губам членом. Что-то говорит — и я киваю и сама открываю рот.

Сергей довольно улыбнулся в камеру, показал рукой знак «классно», а после нескольких движений рукой оголил головку члена и начал с усилием стараться засунуть глубже. Я давилась, но старалась, высовывая язык и открывая рот пошире.

Потом Сергей снова что-то сказал, полез в бардачок, достал тюбик и обильно смазал им член и мои губы. Отложил его в сторону. Я посмотрела и увидела там два тюбика: на одном явно была нарисована клубника, а на другом — снежинка.

Я судорожно рисовала себе картины позора и думала, как мне из этой ситуации выбраться.

Толя… Так звали моего нового знакомого.

Он разрешил ситуацию быстро:

— Ну чего ломаться? Ты ж не целка. Сделаешь всё красиво, как Серёге, и спи спокойно. Никто не узнает. Мужа мы в машину к Витальке отправили, водки дали — проспит до утра.

Делать нечего — пришлось согласиться.

Вот только член у Толика был под стать его ручищам, и никакой крем не помог.

Елозила я по его стволу, обхватив двумя руками, а еле-еле головку смогла пару раз проглотить.

— Давай, — говорит, — ты сверху на меня сядешь?

Крем и тут не сильно помог.

Залезла я на этого богатыря, рукой направила — а не лезет.

Толя меня рукой ласкать стал, другой к себе притянул и впился страстным поцелуем.

Мне от этого так приятно стало, и внизу живота прямо огонь разгорелся.

Толя оказался умелым любовником — я поплыла, как во сне.

Губки приоткрылись, и Толина дубина с громадным сопротивлением миллиметр за миллиметром заскользила в меня. Да и ноги уже устали в такой позе. Я немного расслабилась и опустилась на него. Раздался лёгкий шлепок, и моя киска заглотила головку Толиной булавы, по пути открыв её — что и привело, естественно, к её увеличению прямо во мне.

«Фух, ну и размерчик», — подумала я.

И пока я была далеко в мыслях, Толик схватил меня одной лапой за шею, а второй за талию и резко насадил на свою дубину. Я чуть сознания не лишилась.

А когда попривыкла — чуть не расхохоталась.

В незакрытой части лобового стекла в отражении та ещё картина была: на громадном мужике сидит и потихоньку двигается вверх-вниз бэйба, и только колышущиеся груди четвёртого размера говорят, что это всё-таки взрослая женщина. Но и грудей-то особо не видно — их держат лапы Толи, в каждой как две груши.

Меня эта картина здорово завела. Я осмелела и увеличила амплитуду.

Теперь настала очередь Толика удивиться.

Я зависала над ним, крепко обхватывая киской его массивную головку, и то напрягала, то расслабляла вагину — выходило, будто бы я сосу его член (что, собственно, у нас вначале не получилось). А потом резко опускалась по всему стволу до громкого хлюпания.

Толик почти визжал от такого:

— Ой, мамочки, я как будто в яму проваливаюсь, в омут с головой, как из бани! Как ты это делаешь? Кайф нечеловеческий!

— Перестань, я помру под тобой!

Меня это только заводило, и я летала на его поршне, высекая мелодию любви.

В какой-то момент Толик остолбенел. Весь напрягся, вцепился своими ручищами в мою попку.

Я испугалась: а вдруг и правда помрёт?

Но из стопора меня вывела струя, ударившая мне в матку, и мощная пульсация Толиного члена.

От этой пульсации у меня в районе лобка (наверное, там у меня эта самая точка G — с мужем как-то мы её не нашли… хи-хи) Толина пульсирующая елда запустила у меня самый сильный в моей жизни оргазм.

Я стала как ненормальная насаживаться на ствол Толеньки, и он как мог помогал мне, смотря ошарашенно и счастливыми глазами, приговаривая ласковые слова и что такой женщины он никогда не встречал:

— Ты как ведьма сейчас в лунном свете с распущенными волосами выглядишь… Мне даже страшно.

Я упала без сил на огромную мужскую грудь, иногда вздрагивая «брр», как от внезапного холодка.

Член уже выскользнул из меня и мирно покоился на животе Анатолия.

Я погладила его и решила воспользоваться моментом, пока он не в экранированном состоянии: быстро сползла ниже и втянула его в ротик.

На что Толик издал вздох наслаждения:

— Уффф…

Я решила довести дело до конца, как и договаривались, и заглотила его целиком — дабы опыт теперь имелся. Глубоко и с проворотом на середине ствола.

Толян такого поворота сюжета точно не ожидал.

Уж не знаю, что у него там щёлкнуло, но, издавая продолжительное «Ваууу», член в секунды начал расти прямо у меня в горле.

«Ну нет, дружок, я к этому размеру точно не готова ещё».

Пришлось ретироваться наполовину.

Толик был настойчив, как лось на гону, и обхватил мою голову руками, задавая ей темп и пытаясь повторить трюк с проглотом.

Ну что сказать… Было тяжело и долго. Второй раз кончить даже пару раз ему удалось с огромным усилием вогнать мне головку в горло, но потом правда извинился и дал отдышаться. Но снова не удержался и загнал на всю длину, да ещё задержал. Что поделать… Настоящий самец. Да и второй раз уже ничего — нормально вошёл. Я успела расслабиться, когда поняла, что не избежать напора.

В этот момент он от кайфа вообще с катушек слетел и начал кончать.

В горло это, я вам скажу, такое себе…

На втором толчке спермы я соскочила с члена, сама взяла его двумя руками, высосала и выдоила всё до капельки.

Вот такая получилась дальнобойная клубничка.