Она не хотела, но осталась на ночь

Той осенью я часто ездил на чужие тусовки — просто потому что скучно было сидеть дома. В один из таких вечеров, когда уже все разошлись, я увидел девчонку, которая стояла у подъезда и копалась в телефоне. Жила она далеко, такси дорого, и я предложил подвезти. Она посмотрела на меня, пожала плечами и села. По дороге почти не разговаривали. Когда подъехали к её дому, оказалось, что свет в окнах не горит — подруга, у которой она ночевала, уже уехала и ключи не оставила. Она сидела в машине и молчала, явно не зная, что делать.

Я сказал просто: «Можешь переночевать у меня. Утром отвезу куда надо». Она сначала отмахнулась: «Нет, я как-нибудь сама». Но когда я завёл машину и поехал в сторону своего района, она уже не спорила. Только тихо сказала: «Только спать. Ничего больше». Я кивнул, будто согласился.

Дома она села на край дивана в той же короткой юбке и свитере, в которых была на тусовке, и снова повторила: «Я только переночую здесь». Я кивнул ещё раз, включил свет на кухне, поставил чайник. Пока вода грелась, подошёл сзади, положил руки ей на плечи и сказал спокойно: «Раз осталась — значит будешь соблюдать мои правила этой ночью». Она дёрнулась, но не встала. Только повернула голову и прошептала: «Я же сказала — только переночевать, ничего больше».

Я не ответил. Просто провёл ладонью вниз по её спине, зацепил край юбки и слегка приподнял. Она вздрогнула и сжала ноги, но руки не убрала. Я почувствовал, как у неё под пальцами напряглись мышцы, и услышал тихое: «Не надо». А потом ещё тише: «Пожалуйста, я не хочу».

Я продолжал держать руку на её бедре и смотрел, как она сидит, не уходя. Чайник уже закипел, но ни она, ни я к нему не пошли.

Я не убрал руку. Просто стоял сзади и медленно вёл ладонью выше, под край свитера, по голой коже поясницы. Она сидела очень прямо, почти не дыша, и каждый раз, когда пальцы поднимались выше, слегка вздрагивала. Я наклонился к её уху и сказал тихо:

— Раз ты здесь, то сейчас я буду делать то, что хочу. А ты будешь сидеть и молчать.

Она покачала головой, но голос уже дрожал:

— Я не буду. Я же сказала — только спать.

Я запустил руку ей под юбку сбоку и коснулся внутренней стороны бедра. Кожа была тёплая. Она сжала ноги сильнее, почти свела колени, и прошептала ещё раз: «Не трогай». Но когда я чуть раздвинул её ноги коленом, она не сопротивлялась руками. Только дышала чаще.

Я провёл пальцами выше, по ткани трусов. Они уже были влажные. Я сказал это вслух:

— Врёшь. Пиздёнка уже мокрая.

Она дёрнулась, как будто хотела встать, но я держал её за бедро второй рукой и не давал. Она снова села и тихо, почти сквозь зубы:

— Это не то. Я не хочу.

Я отодвинул трусы в сторону и провёл двумя пальцами по её киске. Гладкая, скользкая, губки уже припухшие. Она вздрогнула всем телом и схватила меня за запястье, но не отдёрнула. Просто держала. Я начал медленно водить пальцами вверх-вниз, собирая её соки, и смотрел, как она сидит с закрытыми глазами и кусает губу.

— Сними свитер, — сказал я.

Она отрицательно качнула головой. Я вынул пальцы, взял её за подбородок и повернул к себе лицом. Глаза у неё были тёмные, злые и мокрые одновременно.

— Сними. Или я сам сниму.

Она смотрела на меня секунд десять, потом медленно, почти зло, стянула свитер через голову. Под ним был простой чёрный лифчик. Грудь небольшая, соски уже твёрдые и просвечивали через ткань. Я провёл большим пальцем по одному из них, и она снова сжала зубы, но не отодвинулась.

Я расстегнул лифчик сзади одной рукой. Она не помогала, но и не мешала. Когда лифчик упал, я взял её грудь в ладонь и сжал. Она тихо выдохнула и сказала почти шёпотом:

— Только потрогай. Больше ничего.

Я не ответил. Просто наклонился и взял сосок в рот, одновременно снова запуская руку ей между ног. На этот раз я сразу засунул два пальца в киску. Она была узкая и очень мокрая. Я начал двигать ими, а второй рукой держал её за волосы, чтобы она не откинулась назад. Она стонала сквозь зубы и всё ещё шептала «нет», но бёдра уже сами чуть подавались навстречу пальцам.

Я чувствовал, как она сжимается внутри, и продолжал трахать её пальцами, не торопясь, пока она не начала дрожать. Когда она кончила, то сжала мою руку ногами и тихо, почти жалобно простонала. Смазка потекла по моим пальцам на диван. Я не вынимал их сразу. Стоял и смотрел, как она сидит полуголая, с раздвинутыми ногами, тяжело дышит и смотрит в пол.

— Теперь раздевайся полностью, — сказал я. — И иди в спальню. Будешь спать со мной.

Она сидела ещё минуту, не двигаясь. Потом медленно встала, стянула юбку вместе с трусами и осталась голая. Я смотрел, как она стоит передо мной, прикрывая руками грудь и низ живота, хотя уже ничего не прятала по-настоящему. Ноги у неё чуть дрожали. Я кивнул в сторону спальни. Она пошла первая, не оглядываясь.

В комнате было темно, только свет из коридора падал на кровать. Она легла на самый край, спиной ко мне, подтянула колени и накрылась одеялом до подбородка. Я разделся полностью, лёг рядом и сразу прижался к ней сзади. Член уже стоял и упирался ей в ягодицы. Она напряглась всем телом и тихо сказала:

— Я же просила только спать.

Я не ответил. Просто завёл руку ей между ног снизу и снова нашёл киску. Она была ещё мокрее, чем на диване. Я провёл головкой члена между её ягодиц, медленно, туда-сюда, смазывая её же соками. Она сжала ноги и прошептала:

— Не надо. Пожалуйста.

Я продолжал тереться, прижимая её к себе сильнее. Когда головка несколько раз скользнула ниже и коснулась входа в киску, она вздрогнула и схватила меня за запястье. Я не стал сразу входить. Просто держал член у самого входа и чуть давил, чтобы она чувствовала. Она дышала часто и всё повторяла одно и то же:

— Нет. Не надо. Я не хочу.

Я взял её за волосы, повернул голову к себе и сказал прямо в губы:

— Хочешь. Пизда сама на член лезет.

Она отрицательно качнула головой, но когда я толкнулся сильнее и головка вошла наполовину, она только тихо всхлипнула и больше не отталкивала. Я вошёл глубже, медленно, до конца. Она была очень узкая. Я начал двигаться, не торопясь, держа её за бедро и за волосы. Каждый раз, когда я входил полностью, она издавала короткий сдавленный звук и пыталась отодвинуться, но я не давал. Просто трахал её сзади, лёжа, и слушал, как она шепчет «нет» уже почти без голоса.

Через несколько минут она перестала упираться ногами. Только лежала и принимала, иногда сжимаясь внутри так сильно, что я почти останавливался. Я кончил через несколько минут, не вынимая. Залил ей внутрь и остался в ней, пока член не начал опадать. Она лежала неподвижно, тяжело дыша. Между ног у неё всё было мокрое от её смазки и моей спермы. Я вынул член, провёл пальцами по её киске и поднёс их к её губам.

— Оближи.

Она сначала не открыла рот. Я провёл пальцами по губам ещё раз и повторил. Она медленно высунула язык и облизала. Я убрал руку, накрыл нас одеялом и сказал:

— Спи. Утром ещё раз тебя трахну.

Утром я проснулся раньше. Она лежала ко мне спиной, голая, одеяло сбилось. Я придвинулся, завёл руку между ног и почувствовал, что киска всё ещё липкая от вчерашнего. Она дёрнулась, но не отодвинулась. Только тихо сказала, не открывая глаз:

— Не надо. Я сейчас уеду.

Я не стал отвечать. Просто перевернул её на живот, раздвинул ноги коленом и вошёл сзади. Она была ещё уже, чем ночью, и сразу сжала простыню в кулаках. Я трахал её медленно, глубоко, держа за волосы, и каждый раз, когда входил до конца, слышал короткое «хватит». Но бёдра уже не упирались. Она просто лежала и принимала, иногда тихо постанывая в подушку.

Я лёг сверху и сказал на ухо:

— Теперь хочу поиметь твой ротик.

Она отрицательно качнула головой. Я вышел, перевернул её на спину и сел ей на грудь. Член был ещё твёрдый, мокрый от её киски. Я взял её за волосы и поднёс головку к губам. Она сначала не открыла рот. Я провёл членом по губам, размазывая всё, что на нём было, и повторил:

— Открывай.

Она посмотрела на меня снизу, глаза были красные, и медленно открыла. Я вошёл ей в рот и начал двигать бёдрами. Она не сосала сама, просто лежала и принимала, иногда давясь. Я трахал её в рот несколько минут, держа за волосы, и кончил ей на язык. Она не выплюнула, хотя поморщилась. Проглотила, когда я сказал, и облизала головку, когда я вынул.

После этого она молча встала, оделась и собрала свои вещи. Я не останавливал. Когда она уже стояла в дверях, я сказал:

— Если захочешь ещё — напиши.

Она не ответила. Просто ушла. Через час пришло короткое сообщение: «Спасибо, что подвёз. Больше не пиши». Я не стал отвечать. Потом узнал через общих знакомых, что она уехала из города через пару дней и больше не возвращалась. Вроде как к родителям, но кто её знает.