Блогерша и подписчик в примерочной

Я просто залетел в «H&M» купить новые джинсы, старые уже на заднице протерлись. День был обычный, серый, народу в ТЦ дохера. Взял пару моделей, даже не смотря на ценники, и поперся в примерочную. Лабиринт этот вечный, кабинки узкие, шторки дурацкие.

Захожу в свою, вешаю шмотки на крючок, стягиваю штаны. И тут слышу — рядом, буквально за тонкой фанерной стенкой, кто-то разговаривает. Вернее, шепчет. Женский голос, такой... знаешь, нарочито-возбужденный, как для ютуба.

— Так, ребята, сейчас мы зайдем в примерочную, и я покажу вам этот супер-провокационный комплект, который сведет ваших парней с ума.

Я замер. Голос показался дико знакомым. Потом до меня дошло — это же Лерка, Лера Волкова, блогерша, на которую я подписан в инсте. Та самая блондинка с сиськами четвертого размера, которая вечно выкладывает видосы, как она примеряет купальники и трет себя маслом. Я на неё дрочил, признаюсь, не раз и не два.

Сердце заколотило. Я прильнул к щели между стенкой и дверным косяком. Твою мать, это реально она. Стоит в соседней кабинке, на ней только стринги и расстегнутая рубашка, а в руках крутит лифчик от «Victoria’s Secret». В кабинке горит яркий свет, видно каждую складочку на её теле. Телефон она пристроила на полочке, снимает себя в зеркало.

И тут происходит пиздец. Она делает шаг назад, спотыкается о свою же сумку, и эта гребаная перегородка между нами ходуном ходит. Шторы разъезжаются сантиметров на двадцать.

Мы встретились глазами.

Её глаза — огромные, голубые, в панике расширяются. Она смотрит на меня, мужика в одних трусах, потом вниз, на мой стояк, который уже распирал боксеры. Я смотрю на неё — на её идеально выбритые подмышки, на то, как рубашка висит, открывая живот и край трусов.

— Вы... вы Лера? — выдавил я, чувствуя, что голос сел. — Я ваш подписчик, Макс. Я... бля, извините.

Она быстро запахнула рубашку, глянула на телефон, который всё ещё писал видео, и выключила запись.

— Ты какого хера тут подглядываешь? — шепотом, но злобно спросила она.

— Да я первый тут был! Это вы споткнулись! — я говорил быстро, потому что реально охренел от ситуации. — Я никому не скажу, честно. Только... можно я просто с вами сфоткаюсь? Пожалуйста. Я столько лет на тебя подписан, ты просто божественна.

Я стоял перед ней, забыв про свои спущенные штаны, и смотрел на неё, как баран на новые ворота. Адреналин пер в голову. Она смотрела на меня, и я видел, как меняется её лицо. Страх сменяется каким-то диким интересом. Она глянула на мои боксеры, где член уже просто упирался в ткань, пытаясь вырваться на свободу.

— Фотку, значит, хочешь? — она усмехнулась, поправила волосы. — А ты ничего. Рисковый?

— Ради тебя — всё что угодно, — ляпнул я.

Она вдруг подалась вперед, прямо к щели.

— Слушай сюда, подписчик. Ты сейчас ничего не видел. Если это где-то всплывет... у меня юристы злые, понял?

— Да понял я, — перебил я. — Нет слов.

Она кусала губу, видно было, что её саму колотит. Риск быть пойманной, незнакомый мужик в соседней кабинке, который вот-вот кончит прямо в трусы от одного её вида.

— А хочешь, докажешь, что ты не трепло? — вдруг выпалила она, глядя мне прямо в глаза. В её взгляде читалась такая похоть, что у меня яйца сжались.

— Всё что скажешь.

— Заходи ко мне. Только тихо.

Я охренел, но думать было некогда. Я натянул штаны, схватил свои шмотки и через секунду уже был в её кабинке. Занавеска за мной задернулась, стало тесно и душно.

— Фоткать будешь потом, — прошептала она мне прямо в ухо, прижимаясь своим телом. — Сначала докажи, что ты фанат.

Она развязала пояс на рубашке, и та упала на пол. Лера стояла передо мной в одних стрингах, и это было охренительнее, чем на фото. Кожа гладкая, загорелая, на животе легкий загар, соски твердые, торчат, просятся в рот. Я стоял и пялился.

— Ну? Чего встал? — она развернулась спиной, отодвинула задницей шторку, проверяя, плотно ли закрыто, и уперлась руками в стену, прогнувшись в пояснице. — Ты же хотел отлизать своей богине?

Внутри у меня всё оборвалось. Я понял, что это не шутка. Я шагнул к ней, положил руки на её талию. Кожа горячая, шелковая. Она выдохнула. Я скользнул руками вниз, по ее бедрам, и нащупал край стрингов.

— Давай быстрее, — прошептала она, — пока сюда кто-нибудь не приперся.

Я дернул резинку, и тонкая полоска ткани утонула между ягодиц. Я стянул их вниз, и она сама переступила ногами, отбросив их в сторону.

Я опустился на колени. Пол в примерочной был холодный, хер с ним. Я развел ее ноги шире, и увидел это. Её киска была просто идеальной для порно: аккуратная, глянцевая, с чуть припухшими губками, уже влажная от возбуждения. Запах ударил в ноздри — терпкий, женский, настоящий.

Я ткнулся лицом прямо туда. Провел языком снизу вверх, от самого входа до клитора. Она вздрогнула и зажала рот рукой.

— Ммм... да, — выдохнула она сквозь пальцы.

Я раздвинул губы пальцами, погружая язык глубже. Сок её уже тек, я слизывал его, чувствуя солоноватый вкус. Я долбил языком внутрь, представляя, как мой член сейчас там. Потом переключился на клитор — обвел его кругами, посасывал, щелкал по нему кончиком языка.

Лера мелко дрожала, ее ноги подкашивались.

— Осторожнее... — шипела она, — не так громко... там люди ходят.

И правда, за шторкой раздавались голоса, шарканье ног, кто-то дергал соседние кабинки. А я стоял на коленях, уткнувшись лицом в киску известной блогерши, и вылизывал её, как последнюю шлюху. Риск того, что нас спалят, заводил нереально.

Я отстранился на секунду и плюнул прямо на её киску. Слюна стекла по половым губам вниз. Лера обернулась, в её глазах горело бешенство и похоть.

— Ты с ума сошел?

— Хочешь мокро? Будет мокро, — прохрипел я и снова впился ртом в её дырочку, всасывая в себя соки, слюну, всё подряд. Я массировал её клитор носом, елозил лицом по её промежности, чувствуя щетиной нежную кожу.

В какой-то момент я понял, что мой член просто разрывает штаны. Я расстегнул ширинку и вытащил его. Он был мокрым от предэякулята, налитым до боли. Я начал дрочить правой рукой, левой раздвигая её ягодицы, чтобы лучше видеть, как мой язык работает у неё между ног.

Я водил головкой члена по её ноге, оставляя влажные дорожки, пока мой рот вылизывал её попу. Да, я добрался и до ануса. Провел языком по колечку, она дернулась, но не прогнала.

— Охренеть... — простонала она, уткнувшись лбом в стену, — какой же ты грязный...

Я засмеялся, не отрываясь от дела. Я водил языком между влагалищем и анусом, чувствуя, как пульсирует её тело.

Народу снаружи прибавилось. Какая-то тетка громко орала, молодняк ржали за стенкой. А мы тут, в духоте, я коленями стер себе кожу об пол, но мне было плевать.

Я ускорил темп. Я работал языком как поршнем, тыкая то в дырочку, то нажимая на клитор. Свободной рукой я сжал её грудь, оттягивая сосок.

— Ближе, блядь, — выдохнула она, — еще, не останавливайся, я сейчас...

Я ввел в неё два пальца. Внутри было жарко, узко, соки текли по моей руке. Я согнул их, нащупывая ту самую шершавую точку. И начал долбить пальцами в неё, одновременно работая ртом по клитору. Ритм сбивался, я спешил, я хотел, чтобы она кончила, чтобы я почувствовал это.

Я дрочил член с бешеной скоростью, представляя, что это я трахаю её в попку. Головка налилась, стала фиолетовой.

И тут она замерла. Всё её тело напряглось, как струна. Она закусила костяшки пальцев так, что, наверное, до крови. Из её горла вырвался придушенный, звериный стон.

Я почувствовал, как её киска сжалась вокруг моих пальцев, пульсируя. Горячая волна соков выплеснулась прямо мне на язык, на подбородок. Она кончала долго, трясясь в мелкой дрожи, а я всё не отпускал её клитор, вылизывая до последней капли.

— Даааа, сука... — прошептала она, обмякая на стене.

Я убрал лицо, мокрое, липкое, счастливое. Посмотрел вниз. Моя рука все еще сжимала член. Я был на грани.

— Дай сюда, — вдруг прохрипела она, разворачиваясь ко мне. Она рухнула на колени, вырвала у меня член из руки и, не глядя, засунула его в рот.

Я охренел от неожиданности. Её горячий рот сомкнулся вокруг головки. Она жадно сосала, набирая полный рот слюны, двигая головой взад-вперед. Она брала глубоко, почти давясь, но не останавливалась. Её глаза, мутные после оргазма, смотрели на мой ствол, на то, как он входит и выходит из её губ.

— Лера... я... я сейчас... — прохрипел я, хватая её за волосы на затылке.

Я насаживал её на член сам, трахая её рот. Слюна текла по её подбородку, смешиваясь с моей слюной и её соками. Я чувствовал, как яйца поджались, как ток прошел по позвоночнику.

Я кончил ей прямо в глотку. Первая струя ударила в нёбо, вторая — в язык. Она не отстранилась, а глотала, давясь, но принимая всё до капли. Я дергал бедрами, заливая её рот спермой. Казалось, этому не будет конца.

Когда я отпустил её голову, она медленно вытащила мой член изо рта, облизала губы и утерлась тыльной стороной ладони.

— Неплохо, подписчик, — усмехнулась она, вставая на ватные ноги. — Но если ты кому-то расскажешь... ты понял.

Я молча кивал, пытаясь отдышаться и запихнуть всё еще твердый член обратно в штаны.

Она быстро натянула стринги, застегнула рубашку, схватила телефон и сумочку. Глянула на себя в зеркало — растрепанная, с размазанной тушью и красными пятнами на груди.

— Боже, я похожа на шлюху после съемок, — хмыкнула она.

— Ты и есть шлюха, — выдохнул я, сам не зная, зачем это сказал.

Она резко обернулась, но в её глазах плясали чертики. Вместо пощечины она подмигнула.

— Знаю. Поэтому ты на меня и дрочишь.

Она отодвинула шторку, огляделась и через секунду растворилась в толпе покупателей. А я остался стоять в этой вонючей кабинке, с мокрым от спермы и слюны лицом, с подгибающимися коленями, и тупо смотрел на её забытый на полу лифчик от «Victoria’s Secret».

Я поднял его, вдохнул запах духов и пота, сунул в карман и вышел, стараясь не смотреть на проходящих мимо людей. День перестал быть томным.