Амазонка

1.

— Молодой человек, а как вы относитесь к анальному сексу?

Нечасто (а я так в первый раз) такое можно услышать на улице. Подумав, что это относится не ко мне, хоть и сбавив шаг и даже оглянувшись, чтобы увидеть «счастливчика», я шёл дальше.

— Да вам, я вам это говорю, — говорила, догоняя меня, девушка: невысокая, не низкая, не худая и не толстая, не красавица и не уродина, ничего выдающегося — в общем, настоящий разведчик, незаметный, или «серый кардинал», как позже подумал я.

— Да стой же! — сказала она, догнав меня и стараясь перегородить мне дорогу.

— Это угроза или предложение? — попытался острить я.

— Это предложение, — утвердительно ответила она. — Ну так чё?

Я стоял ошарашенный и молчал, не понимая, что ей ответить.

— Мне нужен ответ.

— Какой?

— Да или нет.

— С тобой? — спросил я, рассматривая её с головы до ног.

— Тебе есть разница?

— Как бы да. С тобой ещё можно, а если здоровенный негр… да нет, даже если любой негр… нет, даже если просто мужик — нет, — сказал я в конце, уже запинаясь от избытка мыслей и нехватки слов для их выражения. И уже тронулся обходить её.

— Да погоди ты, — сказала она, притормозив меня за плечо, и по-свойски, уверенно взяла меня под руку, медленно пошла со мной. — Да не бойся ты, всё нормально, никакой гомосятины. Но нужен твой ответ, чтоб я зазря не распиналась. Вдруг ты женатый, принципиальный или вообще импотент? — спросив это, она меня остановила и, повернув к себе, пристально смотрела мне в лицо.

— Чё импотент-то сразу? Нет, я нормальный.

— Женатый? Принципиальный? Или ещё какие-нибудь причины для отказа есть? — уже раздражённо спрашивала она.

— Нет, — угрюмо ответил я. — Причин нет.

— Так значит «да»?

— Что «да»?

— Да ты чё, блин! — вскипела она, треснув меня по локтю. — Хочешь женщину или нет?

Быстро поняв, что зазря вспылила, уже спокойным голосом продолжила:

— Девочка, умничка, красавица. Ты чего теряешь-то? Не тебя, а ты её. Так что — да? — сказала она уже таким сладким голосом, что невозможно отказать.

— Ну хорошо.

— Хорошо — это «да»?

— Ну да.

— Да?

— Да, да, да!

2.

— Значит, вот, слушай. Моя подруга, кстати, это она тебя выбрала, проиграла мне в споре — в принципиальном. В общем, проиграла наказание, самое жёсткое для девушек. Поэтому нужен ты. Понял?

— Хотите, чтобы я её поимел?

— Да. Суть ты понял. Теперь детали. Это не изнасилование, поскольку всё по согласию. Но и здесь не всё так просто. Я это сделать не могу.

— Чё так? — спросил я со специально язвительно-вопросительным тоном.

— Ну не по половому признаку, как некоторые могут подумать, — съязвила в ответ она. — Сейчас всяких игрушек в интернете можно найти, это вообще не проблема. Мы же подруги. Друзья не должны причинять боль.

Она по-свойски опять взяла меня под руку, и мы куда-то пошагали.

— У тебя как со здоровьем?

— Нормально.

— Не болеешь, с сердцем проблем нет?

— Всё нормально, чё ты хочешь?

— Ну мало ли, вдруг ты впечатлительный и сердце слабенькое — представишься, не дай бог.

— Всё в порядке, женщины у меня были, остались довольны, и я, как видишь, живой.

— Вот отсюда следующий вопрос. СПИД, гепатиты, венерические болезни?

— Такое ощущение, что ты мне их предлагаешь… — в ответ было молчание. Пришлось продолжить: — Нет.

— Ну раз нет, значит, нет риска провериться. Сейчас. Вот и пункт.

— Презикам не доверяете?

— Вдруг слетит, порвётся или ещё что. Нет уж, давай сдавай, а я результаты сама заберу. Подруга тоже всё сдала, если что — вот результаты.

— Я тебе верю. А тебя как зовут?

— Зови как хочешь.

— Ну всё же?

— Я тебе имя не скажу — ни своё, ни подруги.

— Хорошо… Амазонка.

— Сойдёт, — сказала она, и мы вошли в здание.

3.

Через неделю она позвонила, сообщила, что анализы в норме, поинтересовалась о моём досуге за неделю, ну и назначила день икс на завтра, назвала время и адрес.

Придя по адресу, мне открыла Амазонка:

— Ты один? — спросила она, выйдя на лестницу и осмотрев весь подъезд.

— Считаешь, нужна группа поддержки?

— Кто вас знает, мужиков. Вы же хвастаетесь победами друг перед другом.

— И чем хвастаться мне? Тем, что меня перед спариванием провели по врачам? И если анализы хороши, то меня подпустят к самке?

— Водку пьёшь? — она завела меня на кухню. На столе стояла начатая бутылка, нарезанная колбаса, яблоко дольками, плавленый сырок, бутылка газировки под столом и пара рюмок.

— Кто-то не прошёл собеседование?

— Мы с подругой обмыли съём квартиры.

— Оторвались по полной. — Я налил обе рюмки. — Ну что, похмелишься?

— С одной рюмки похмеляться другой? — она треснула рюмкой по рюмке в моей руке.

Я выпил залпом, она слегка отпила. Начали с яблока. Она высунулась в окно, ещё раз вышла в подъезд, что-то набрала в телефоне и сделала знак налить ещё. Выпив так же (я — полную, она — слегка), закусили яблоком с сырком.

— Не пытайся снимать с неё одежду, лапать и т.д. Я рядом, имей в виду, — начала она инструктаж. — Не пытайся лишить её девственности — отрежу хозяйство. Девственность — мужу. У нас принцип такой, — уточнила она, показав на рюмку.

— Нехило девочки бухают, — сказал я, наливая.

Выпив по старой схеме (я — третью рюмку, она — только-только половину), подзакусив, я закурил. В это время по двери поскребли. Как я понял, Амазонка выскользнула за дверь кухни. Из комнаты было слышно шорох суеты, которая быстро стихла, и появились звуки музыки. Вернулась Амазонка. По её жесту я налил ещё.

— Давай, — сказала она мультяшным голосом. Голос был, как у человека, дышащего закисью азота. Я даже завис, услышав это.

— Что завис?

— А что с го-ло-сом? — спросил я таким же, как у неё, голосом, в конце растягивая слово, пытаясь его воспроизвести нормально.

— Клиент созрел! — сказала она нарочно громко, чтоб было слышно в другой комнате, таким же мультяшным голосом. — Не парься, это пройдёт, так и должно быть. Давай ещё по одной и раздевайся, а я её пойду раздену.

Чокнувшись рюмками, я выпил, она лизнула и скрылась за дверью, за которой мне звучала музыка, превратившаяся в светящийся туман, который проникал оттуда и распространялся по кухне. Едва он меня коснулся, как в ушах появился шум, как в старых телевизорах, когда терялся телесигнал. Пришла Амазонка.

— Ты чё не разделся ещё? — спросила она уже хором мультяшных голосов. — Давай быстрей, тебя женщина ждёт. — И стала раздевать меня. А я стоял и только руками или ногами делал манипуляции, чтобы ей быстрей стянуть всю одежду с меня. Через полминуты я стоял уже без трусов и разглядывал свою кожу: она светилась изнутри зелёным светом.

— Да иди же, — толкала в спину меня Амазонка и направляла к кровати в соседней комнате. — Неужели переборщила? — у кого-то всё так же хором спросила она.

И тут я увидел её. По мере приближения в светящемся тумане появлялся какой-то контур, и вскоре я разглядел на кровати женский силуэт в коленно-локтевой позе. Она была в одежде, в брюках, у которых в районе ануса было аккуратно вырезано отверстие, а за ним — «МИШЕНЬ». Я увидел «МИШЕНЬ», и организм перешёл во взведённое состояние, в глазах всё потемнело, я видел только «МИШЕНЬ». Вскочив на кровать, я загнал свой организм прямо в неё. Женский силуэт напрягся, издал какой-то звук и стал пытаться избавиться от меня, насколько позволяли связывающие её верёвки. Но мне казалось, что там жар и я обжёгся, и я вырвался из неё, как джинн из старой лампы. Но организму оказалось на воздухе ещё жарче, и я загнал его снова в «МИШЕНЬ». Силуэт подо мной снова заёрзал, и снова я обжёгся внутри, и ещё жарче снаружи. Действия мои зациклились: я стал вставлять и вытаскивать организм, а после и не стал его вытаскивать полностью, но стал вставлять поглубже. И тут на плечо сел комар, я почувствовал укол… и всё погасло.

4.

Проснулся я на следующий день. На кровати, голый. Голова гудела. На кухне нашёл скомканную, валяющуюся на полу одежду. На столе была записка:

«Ну ты маньяк. Пришлось тебя вырубать снотворным. В водке была виагра и смесь под названием „выключатель совести“, наверно, с чем-то переборщила. Задачу свою ты выполнил. Квартира твоя до конца недели, за неё заплачено. Нас не ищи.»

Одевшись, попил воды из-под крана и ушёл, оставив дверь открытой.

Окончив учёбу, я уехал работать на север. Лет через пять там попал в аварию, обжёг пол-лица, проходил лечение на курорте за счёт фирмы. Там я встретил Лику. Она была в разводе. Встретились две родные души. Через год мы поженились. Я переехал к ней. Однажды возле магазина Лика остановила меня:

— Вон, видишь, женщина из машины выходит, возле гостиницы. Раньше мы подруги были — не разлей вода. Теперь не разговариваем. Спорщица та ещё.

Женщина повернулась, и я увидел: это была Амазонка.