Эротические порно рассказы и реальные секс истории

Семейная жизнь текла своим чередом: всё было хорошо и ладно. Отпраздновали 15 лет совместной жизни. Секс с женой в своих разнообразиях и красках не увядал ни на каплю, вот только с каждым разом хотелось чего-то большего. Совместно придумывали всякие ролевые игры. Секс был не только дома в постели — пробовали везде: в лифте, в подъезде, в туалете кафе, в машине и даже в парке поздно вечером на лавочке.

Идея «сексвайф» и куколдинга зародилась в моей голове при очередном нашем приключении. Разговоры об этом были и раньше, но дальше фантазий дело не доходило. Самым экстремальным

Алина поправила чулок, натянула узкую юбку повыше и ещё раз глянула в зеркало лифта. Выглядела она дорого: светлые волосы уложены, губы накрашены аккуратной помадой, блузка расстёгнута ровно на две пуговицы, чтобы было видно ложбинку. Именно так, по мнению шефа, должен выглядеть агент по работе с VIP-клиентами.

— Заходи, не стой, — раздался из кабинета голос Романа Львовича.

Она вошла. В кабинете стоял тяжёлый запах кожи и дорогого коньяка. Сам босс сидел в кресле, а напротив, на диване, расположился грузный мужчина лет пятидесяти с лишним. Аркадий Борисович. Тот самый

Жена Наташа изменила мне спустя 12 лет совместной жизни. В моих руках были железные доказательства её похождений налево благодаря Оле, её коллеге по работе, которая таким образом пыталась рассорить нас и быть со мной. Но её расчёты не оправдались: мы остались вместе, и жена клялась, что всё это было ради карьерного роста, а секс был только с резинкой. Всё решили забыть. Я удалил видео, любезно предоставленное Олей, на котором директор ставит жену раком и, задрав ей юбку, от души имеет сзади, схватив за волосы. Но спустя некоторое время меня начали интересовать подробности:

Рейс отменили. Не задержали, не перенесли на час-другой, а именно отменили, с формулировкой «метеоусловия, форс-мажор, ждите SMS». За окном аэропорта — идеально чистое небо, ни облачка, ни намёка на грозу. Кажется, у небесной канцелярии просто закончились оправдания, и они решили не напрягаться.

Сумка оттягивает плечо, настроение — на нуле, каблуки — предатели — натёрли всё, что можно натереть. Я стою у стойки информации, зажатая между потным мужиком, который уже два часа выясняет, почему ему не дали бизнес-класс, и нервной мамашей с орущим младенцем. Вокруг — сотни таких

Привет, мой дорогой читатель. Я уже рассказывала, что моя маленькая слабость — это не просто секс, а нечто более конкретное. Мне нужен член. Не романтика, не ухаживания, не свечи и лепестки роз — хотя от хорошего ужина я тоже не откажусь, — а именно это горячее, твёрдое, живое. Я могу быть сколь угодно прилежной студенткой, самой тихой в аудитории, той, что сидит на первом ряду и записывает каждое слово лектора. Но стоит мне оказаться наедине с мужчиной, как внутри просыпается совсем другая девица — жадная, ненасытная, одержимая.

Сегодня я расскажу про случай, который, пожалуй,

Жена устроилась на новую работу — менеджером в строительную фирму. Коллектив, как она говорила, «молодой и дружный». Я только ухмылялся. Знал я эти дружные коллективы — там каждая вторая после корпоратива со спущенными колготками домой приходит. А иногда и не приходит.

И вот через два месяца — первое общее мероприятие. Лето, арендованный ресторан у реки, открытая веранда, шашлык, выпивка рекой. Ирка моя — женщина видная. Тридцать два года, грудь третьего размера, талия узкая, а задница — будто специально создана, чтобы на неё смотрели. В тот вечер надела белые брюки

Ну что, продолжим мои воспоминания. Я уже писал про сельских шлюх, которые умели удивлять. Но тот случай, о котором хочу рассказать сейчас, стоит особняком. Потому что одно дело, когда ты платишь бабки за то, чтобы тебя удовлетворили, и совсем другое — когда ты платишь за то, чтобы тебя унизили, отымели морально и физически, а ты потом еще спасибо говоришь. Хотя, если разобраться, какая разница? Ты платишь — тебя обслуживают. Просто услуги бывают разные.

Москва для меня всегда была городом дорогим и пафосным. Я туда мотался редко, в основном на серьезные переговоры, когда

Я никогда не понимал парней, которые носятся со своими матерями, как с хрустальными вазами. Для меня женщина — есть женщина, сколько бы лет ей ни было. А уж если баба в самом соку, да ещё и одинокая, то грех проходить мимо. Мой однокурсник, Костик, был как раз из таких маменькиных сынков. Вечно он восхищался своей мамой: какая она у него заботливая, какая хозяйственная, как много для него значит.

Собственно, из-за этого Костика я и оказался в их квартире. Он купил новый шкаф и попросил помочь со сборкой. Делать мне было нечего, я согласился. Приехал к ним в субботу утром. Дверь

Мне было 19 лет. Я готовился завести серьезные отношения с девушкой и для этого хотел убедиться в своем мужском здоровье. Чтобы получить направление к нужному специалисту, я пошел к семейному врачу. Им была мамина подруга — Нина.

И вот я стою у двери кабинета частной клиники, где она работает. На удивление, больница оказалась пуста, там не было пациентов, хотя это была пятница. Я легонько постучал в дверь:

— Войдите, — послышалось из-за двери.

Я зашел в кабинет, где пахло «по-медицински». Передо мной, повернувшись на стуле, сидела Нина: темные прямые волосы до плеч,

Стояло багровое августовское лето, когда даже тени под заборами казались раскаленными сковородами. В просторном дворе купеческих хором, что притулились у самой пристани на Варварке, царил переполох. Дворня металась меж амбаров, грузчики, надрываясь, таскали на спинах неподъемные тюки с пенькой, а из распахнутых настежь ворот конюшни тянуло свежим навозом и разгоряченным лошадиным потом.

Сам хозяин, Трофим Игнатьич Лопатин, дородный мужик с окладистой бородой и вечно прищуренными, будто приценивающимися, глазами, стоял посреди этого гомона, широко расставив ноги