Классика - эротические рассказы и реальные секс истории. Страница 1

Бывают в жизни совпадения, от которых хочется то ли материться, то ли молиться. И вот стоишь ты, двадцатипятилетний оболтус, посреди прихожей с открытым ртом, а на пороге — Инга Аркадьевна, лучшая подруга твоей матери. Та самая, которую ты последний раз видел лет десять назад, когда у тебя еще прыщи на лбу вскакивали быстрее, чем ты успевал их давить.

— Медвежонок! — всплеснула она руками, и чемодан ее с глухим стуком приземлился на пол. — Ну надо же, как вымахал!

Медвежонок. Опять. Ей-богу, существует тайный заговор женщин — называть меня при каждой встрече именно так.

Я не был в Кисловодске лет пятнадцать. Когда-то мы ездили сюда с родителями, снимали комнату у каких-то дальних родственников, и я, двенадцатилетний, целыми днями гонял в нарды с местными стариками в парке. Теперь мне сорок два, за плечами неприятный развод, запущенная язва и настоятельная рекомендация гастроэнтеролога сменить обстановку и подлечить нервы. Санаторий «Жемчужина Кавказа» выглядел ровно так, как я себе представлял: советский мрамор, пальмы в кадках, бабки с палками для скандинавской ходьбы и запах варёной капусты из столовой.

Первые три дня я честно ходил

Меня зовут Вадим. Мне тридцать два, я абдоминальный хирург в областной клинике. До того как попасть сюда, я шесть лет резал аппендициты и грыжи в районной больнице, где зарплата напоминала пособие по профнепригодности. Переезд в областной центр случился во многом благодаря Алисе — она работала медицинским представителем крупной швейцарской фарм-компании и крутилась в этих кругах, как белка в колесе, только с маникюром за триста евро. Мы купили съёмную квартиру и строили планы. Я устроился в хирургию к Петру Аркадьевичу Борзову — завотделением, человеку, чью фамилию

Она появилась в моей жизни в разгар июльской духоты, когда кондиционер сдох, а желание что-либо делать упало до нуля. Я заказал какую-то мелочь, сейчас уже и не вспомню, что именно — кажется, переходник для старого плеера, который внезапно понадобился. Заказ приняли мгновенно, и меньше чем через час в дверь позвонили.

На пороге стояла она. Высокая, даже выше меня, худая, с резкими, какими-то инопланетными чертами лица, которые кажутся некрасивыми ровно до того момента, пока ты не поймешь, что не можешь отвести глаз. Огромные, слегка раскосые глаза цвета крепкого чая смотрели

Я жду тебя в номере. За окнами — огни вечернего мегаполиса, сороковой этаж, мы высоко над городом. Панорамное стекло слегка запотело от влажного воздуха после душа. Я долго готовила себя для этой встречи: приняла горячую ванну с ароматическими солями, тщательно выбрила лобок, он теперь гладкий, словно атлас. Кожа после скраба дышит, сияет легким перламутром. Ступни идеально ровные — вчера сделала педикюр, пальчики покрыты глубоким винным лаком, почти черным, матовым. Руки тоже в порядке: длинные, ухоженные ноготки цвета темной вишни.

На тело — кружевной гарнитур сливового

Марк пребывал в отвратительном настроении. Осенняя хмарь за окном словно копировала его внутреннее состояние. Отношения с Вероникой, длившиеся почти три года, трещали по швам. Её звонки игнорировались, сообщения оставались непрочитанными. Ему требовалась тишина.

Просматривая почту, он наткнулся на письмо от редактора.

«Слушай, есть заказ от архитектурного журнала. Нужен материал о конструктивизме. Покажешь город с необычного ракурса. Гонорар тройной, но сроки горят. С тобой поедет Женя, наш стажёр. Она тексты напишет и поможет с оборудованием. Выезжайте завтра,

Отшельником Еремей был не по своей воле. Так уж жизнь сложилась. Жена его, Дарья, царствие ей небесное, уж десятую годовщину как преставилась от горячки. С той поры и засел он бирюком на дальнем Ветроватом кордоне, куда даже лесники из районного центра наведывались не чаще двух раз в год. Хозяйство у него было справное: пара коз, десяток кур, да верный пес Туман. Зимой дорогу заметало так, что без лыж ни пройти, ни проехать. Летом — бурелом да болотина. Человек он был еще не старый, чуть за сорок перевалило, но от тоски и одиночества заматерел, оброс бородой и одичал нравом, точно

Меня зовут Виктор, мне 38 лет, рост 182 см, работаю в логистической компании. Мою жену зовут Алина, ей 34 года. Она стройная шатенка с короткой стрижкой, рост 167 см, подтянутая фигура и аккуратная грудь третьего размера. Мы в браке уже девять лет.

Эта история началась прошлой осенью. Алина записалась в новый фитнес-клуб, который открылся недалеко от нашего дома. Ей хотелось привести себя в форму после долгой сидячей работы в офисе. Она купила абонемент на полгода и начала регулярно ходить на занятия. Сначала на групповые, а через пару недель сказала, что хочет попробовать персональные

Друг нашей семьи решил отпраздновать своё тридцатилетие в нашей любимой кальянной, уютном закрытом лофте, куда можно было завалиться большой компанией со своим алкоголем, оплатив только пробковый сбор. Место было почти родным: мягкий свет, густой сладковатый дым кальянов, приставка в углу, музыка, смех и ощущение полной свободы.

На праздник мы пришли с женой и моей кумой Оксаной. Невысокая ростом 160 см, фигуристая, я бы сказал с мягкими формами, длинными каштановыми волосами до плеч и чуть вздёрнутым носиком на милом личике, она всегда умела привлекать внимание, даже

Никогда не думал, что в сорок три года моя жизнь сделает такой крутой вираж. А началось все с банальной фразы врача в районной поликлинике, куда я загремел с дикими болями в пояснице. Сижу, значит, на кушетке, скрюченный, как вопросительный знак, а эскулап, молодой еще парень, смотрит на мой снимок и выдает: «Батя, ты чего хотел? Офисный стул, лишний вес и полное отсутствие движения. Хочешь без радикулита встретить старость — иди на йогу».

Сказать, что я удивился — ничего не сказать. Йога в моем представлении была занятием для восторженных барышень, ищущих дзен, и хипстеров.